Топ-5

Топ-5 книг, прочитанных за последнее время

Решил поделится с вами топом произведений, которые запали в душу больше остальных. Откровенно говоря, хронологии нет никакой и выдернул я эти книги из всей массы освоенного за последние пару лет. Итак, поехали!

1.Дмитрий  Глуховский. «Метро 2035».

Книга Дмитрия Глуховского Метро 2035Вслед за нашумевшими в свое время книгами «Метро 2033» и «Метро 2034» Дмитрий Глуховский, пусть и через определенный выжидательный период, выпустил долгожданную третью книгу. Основное отличие от первых двух — на смену карикатурным мутантам и бандитам пришли куда более страшные монстры — алчность, жажда власти и ложь. Главный герой, Артем, внезапно открывает для себя… В общем, то, что в жизни подземных людей, мягко говоря, не все гладко и правильно.  Однако сами затворники отказываются принимать перемены и предпочитают оставить все так, как есть.

Избранная цитата:

– А с нашим человеком потому что иначе не управишься, – строго ответил Бессолов. – Он от природы такой. Только гайки ослабишь – бунт! За ним глаз да глаз. Что вот на твоей Комсомольской? Вон они, потребовали своего. Восстали. Чем кончилось? Кровищей! И что, пошатнуло это Красную Линию? Нисколько! Да спецслужбы нашему человеку богом посланы! Он буйный от природы! Пулеметы твои… Да они сами к пулеметам поближе прижались, первый ряд заняли. Зато терпеливые выжили. Хоть какая-то селекция. А как нашим человеком еще управлять? Его все время отвлекать надо. Обуздывать. Канализировать, так сказать. Идею ему подкладывать какую-нибудь. Религию или идеологию. Врагов ему придумывать все время. Не живется ему без врагов! Он без врагов теряется! Не может себя сам определить. Ничего про себя не знает.

2. Виктор Суворов. «Аквариум».

Книга Виктора Суворова АквариумКлассическое произведение знаменитого историка-ревизиониста. Строго говоря, это не первое прочтение, а уже примерно десятое, ибо эта книга у меня практически настольная. В, казалось бы, тривиальную оболочку полувоенного-полушпионского романа втиснуто огромное количество философских рассуждений и жизненных советов. Читается легко и приятно, рекомендуется всем — от учителей начальных классов до генералов спецслужб.

Избранная цитата:

Ну что же ты, маршал? Чего медлишь? Мы тут все свои. Злые мы все. Ну, спусти с цепи. Всю Россию кровью зальем. Только команду дай. Не всех убивать, конечно, будем, не всех. Если у кого дача большая да машина длинная, тех мы не тронем. Это не грех, иметь дачу да длинную машину. Тех, кто о социальной справедливости говорит, мы тоже не тронем. Грех это, но не очень большой. Заблуждаются люди, что с них возьмешь, с юродивых? Убивать мы, маршал, только тех будем, кто эти две вещи воедино объединяет: кто о социальной справедливости болтает да на длинной машине ездит. Тех, как бешеных собак, на фонари, на столбы телеграфные. От них, маршал, все беды на нашу землю сыплются, от них. Ну, спусти цепь, маршал! Эх, маршал. Ведь если не ты, так последователь твой спустит Спецназ с цепи. Спустит. Будь уверен. Много будет крови. Чем дольше тянуть будете, тем больше потом крови будет. Но – будет! Будет! Ура-а-а-а-а! Ура!

3. Лев Кассиль. «Кондуит и Швамбрания».

Книга Лев Кассиль Кондуит и ШвамбранияНа первый взгляд — проходная детская повесть, на второй — не очень детская и не очень проходная. События книги происходят в провинциальном городишке средней полосы в страшное для России время — во времена Октябрьского переворота. Рушатся старые ценности и идеалы, но что будет воздвигнуть на их месте, и будет ли воздвигнуто вообще — очень большой вопрос.

Избранная цитата:

— Тетя! — спросил он. — Тетя, а зачем на вас борода?

— Да разве я тетя? — ласковым баском сказала дама. — Да я ж священник.

— Освещенник? — недоверчиво сказал Оська. — А юбка зачем? — И он представил себе, как неудобно, должно быть, в такой длинной юбке лазить на фонари, чтобы освещать улицы.

— Сие не юбка, — отвечал поп, — а ряса зовется. Облачен согласно сану. Батюшка я, понял?

— Сейчас, — сказал Оська, вспоминая что-то. — Вы батюшка, а есть еще матушка. В граммофоне есть такая музыка. Батюшки-матушки…

— Ох ты, забавник! — засмеялся поп. — Некрещеный, что ли? Отец-то твой кто? Папа?.. Ах, доктор… Так, так… Понятно… Про бога-то знаешь?

— Знаю, — отвечал Оська. — Бог — это на кухне у Аннушки висит… в углу. Христос Воскрес его фамилия…

4. Борис Сичкин. «Я из Одессы! Здрасьте!» + «Мы смеемся, чтобы не сойти с ума».

Книга Борис Сичкин Я из Одессы здрасьтеОбе этих книги (я специально не разделял, ибо вторая является логичным продолжением первой) действительно помогли мне не сойти с ума, находясь в провинциальной больнице, где я, как известный герой Ильфа и Петрова, скучал по пустяковому делу. Прекрасный слог от не менее прекрасного актера (а как оказалось, и талантливого писателя) Бориса Сичкина а.к.а. Бубы Касторского помог мне пережить разговоры товарищей по несчастью о забое рогатого скота и подледной рыбалке.

Избранная цитата:

Шурка никогда не думал о Родине, о Жан-Жаке Руссо, он двадцать четыре часа в сутки думал о водке. Шурка пропил всё, что было в доме, и однажды, когда его жена Паша (красивая русская женщина) пошла по делам, он продал свою комнату за сто пятьдесят рублей. Шурка круглый год ходил в одной рубашке навыпуск. Когда Шурку видели в тридцатиградусный мороз стоящего в одной ситцевой рубашке у киоска, указательным пальцем пробивающим лёд в кружке пива и пьющим его. все люди в шубах тут же замерзали. Шурка же понятия не имел, что такое ангина, грипп, даже простуда.

5. Эфраим Севела. «Легенды инвалидной улицы».

Эфраим Севела Легенды Инвалидной улицыНеизвестное широкой публике произведение такого же малоизвестного автора. Однако это не делает книгу хуже. В нескольких рассказах автор живо бытоописует нравы еврейского народа города Бобруйска (да, ведь в Беларуси три столицы, как мы помним). Для тех, кто знаком с городом Бобруйском не только из анекдотов и новостей, непременно рекомендуется к прочтению. Если же с Бобруйском вы незнакомы, но непременно желаете познакомится — книга также для вас.

Избранная цитата:

Он вернулся большевиком на все сто процентов, верующим в коммунизм, как ни один раввин в свой Талмуд. Больше ничего для него на свете не существовало. Он был готов не есть, не пить, не спать, если это только нужно для того, чтоб коммунизм был здоров и не кашлял. Ни одна мать так не любит своего ребенка, как он любил свою идею. Он был готов заживо съесть любого, кто был против, хотя человек он был, повторяю, совсем не кровожадный, а добрый и честный. Но такой человек, что становилось тошно. И в первую очередь, его семье, то есть моей бедной тете Сарре, которая вышла за него, не знаю почему. То ли из-за кавалерийских галифе, то ли потому, что после войны вообще не хватало женихов, и она могла засидеться в девках. А может быть, и я этого не исключаю, тут не обошлось и без задней мысли. Ведь власть в России взяли большевики, а Симха был чистокровным большевиком, с такими заслугами, и, став его женой, тетя Сарра рассчитывала выбиться в люди, быть ближе к пирогу, когда его будут делить победители.

Примерно такой скромный топ у меня получился. Статистически в нем один беларуско-еврейский, один украинско-еврейский, один украино-русский, один русско-еврейский и один русский писатели. Такая вот соляночка получилось. Я за дружбу народов!

 ЕЩЕ ИНТЕРЕСНЕЕ:

феминизм плакат
О сексизме, феминизме и Mark Formelle
скарлетт йоххансон
Hollywood.BY, или как наши земляки строили киноиндустрию в США
картошка доминос по-деревенски
Тест нового блюда от Domino’s Pizza